Могучая свинья испустила обиженный визг, словно ее прижгли каленым железом, а когда я попытался дружески почесать ей спину, огромная пасть снова разверзлась и завизжала вчетверо громче. Кроме того, Пруденция угрожающе двинулась на меня. Я стойко удерживал позицию, пока ощеренные желтоватыми зубами челюсти не приблизились к моим лодыжкам, а тогда оперся на верхнюю жердь и выпрыгнул из закутка.

- Надо перегнать ее в более тесное помещение, - сказал я. - Тут я зашить ее не сумею. Ей есть где увертываться, а она слишком велика, чтобы ее можно было удержать силой.

Субтильная мисс Данн подняла ладонь.

- У нас есть то, что требуется. В телятнике по ту сторону двора. Стойла там узкие, и, если мы ее туда отведем, ей придется стоять смирно.

- Отлично! - Я даже руки потер от удовольствия. - И я смогу шить, стоя в проходе. Так двинулись!

Я открыл дверь, и после долгих уговоров, тычков и подпихивания Пруденция величественно прошествовала во двор. Но там она остановилась как вкопанная, нагловато похрюкивая, а глазки ее горели злокозненным упрямством. Я навалился на нее всем весом, но с тем же успехом мог бы попробовать сдвинуть слона. Идти дальше она не желала, а до телятника было пятьдесят шагов. Я покосился на свое запястье: четверть шестого, а я еще и не начинал.

Мои размышления прервала субтильная мисс Данн.

- Мистер Хэрриот, я знаю, как перевести ее через двор.

- Да?

- Да-да. Пруденция и прежде капризничала, но мы нашли способ убеждать ее.

Я с трудом улыбнулся.

- Чудесно! А как именно?

- Видите ли, - обе сестры виновато хихикнули, - она очень любит сухие галеты...

- Простите?

- Она обожает сухие галеты.

- Неужели?

- Безумно.

- Это прекрасно, - сказал я, - но причем тут...