"Жизнь - это распространение того света, который для блага людей сошел в них с неба", сказал Конфуций за 600 лет до Р. X.

"Жизнь - это странствование и совершенствование душ, достигающих все большего и большего блага", сказали брамины того же времени. "Жизнь - это отречение от себя для достижения блаженной нирваны", сказал Будда, современник Конфуция. "Жизнь - это путь смирения и унижения для достижения блага", сказал Лао-Дзи, тоже современник Конфуция. "Жизнь - это то, что вдунул бог в ноздри человека, для того, чтобы он, исполняя его закон, получил благо", говорит еврейская мудрость. "Жизнь - это подчинение разуму, дающее благо человеку", сказали стоики. "Жизнь - это любовь к богу и ближнему, дающая благо человеку", сказал Христос, включая в свое определение все предшествующие.

Таковы определения жизни, которые за тысячи лет до нас, указывая людям вместо ложного и невозможного блага личности действительное, неуничтожимое благо, разрешают противоречие человеческой жизни и дают ей разумный смысл. Можно не соглашаться с этими определениями жизни, можно предполагать, что определения эти могут быть выражены точнее и яснее, но нельзя не видеть того, что определения эти таковы, что признание их, уничтожая противоречие жизни и заменяя стремление к недостижимому благу личности другим стремлением - к неуничтожаемому страд 1000 аниями и смертью благу, дает жизни разумный смысл. Нельзя не видеть и того, что определения эти, будучи теоретически верны, подтверждаются и опытом жизни, и что миллионы людей, признававшие и признающие такие определения жизни, на деле показывали и показывают возможность замены стремления к благу личности другим стремлением к благу такому, которое не нарушается страданиями и смертью.

Но кроме тех людей, которые понимали и понимают определения жизни, открытые людям великими просветителями человечества, и живут ими, всегда было и есть огромное большинство людей, которые в известный период жизни, а иногда во всю свою жизнь, жили и живут одной животной жизнью, не только не понимая тех определений, которые служат разрешением противоречия человеческой жизни, но не видя даже и того противоречия ее, которое они разрешают.