— Почему же вы тогда не выходите в море?

Ответ, более чем краткий, не заставляет себя ждать.

— Потому что я уже утром там был.

— И много поймали?

— Достаточно, чтоб второй раз не ходить, все корзины набил — четыре омара, одной скумбрии больше двух десятков...

Рыбак уже окончательно проснулся, повеселел, он дружески похлопывает туриста по плечу, мол, все в порядке. А у того на лице пусть и неуместная, но все же трогательная и совсем нешуточная забота.

— И на завтра хватит, и на послезавтра, — говорит рыбак, чтобы утешить иностранца. — Сигарету?

— Да, спасибо.

Теперь у обоих в зубах по сигарете, в пятый раз раздается щелчок, турист откладывает фотоаппарат в сторону, чтобы освободить руки, которые теперь нужны ему для подкрепления слов, и, качая головой, усаживается на край лодки.

— Я вовсе не хочу вмешиваться в ваши дела, — говорит он, — но предположим, вы вышли бы в море во второй, третий, даже в четвертый раз, ведь вы тогда наловили бы в три, четыре, пять, даже в десять раз больше скумбрии... вы только представьте себе это.

Рыбак кивает.

— И если бы вы, — продолжает турист, — не только сегодня, но и завтра, послезавтра, да и вообще в любой удачный день — два, три, даже, может быть, четыре раза выходили бы в море — представляете, что тогда произошло бы?

Рыбак пожимает плечами.

— Самое позднее через год вы смогли бы купить мотор, через два — вторую лодку, спустя три-четыре года — приобрести бы маленький катер, с двумя лодками и катером вы могли бы ловить уйму рыбы, и вот в один прекрасный день у вас уже два катера... — от восторга у туриста на мгновение даже перехватывает дыхание, — затем вы становитесь владельцем холодильной установки, строите коптильню, затем консервную фабрику, летаете на собственном вертолете, обнаруживаете косяки и передаете вашим катерам их координаты по рации. Наконец, вы покупаете лицензию на отлов лососевых, открываете рыбный ресторан и экспортируете омаров прямо в Париж, без посредников, и тогда... — тут у него снова перехватывает дыхание. Почти забыв про прелести отдыха, он смотрит на лениво набегающие волны, в которых весело резвится вся эта непойманная рыба, и в глубоком огорчении качает головой.