– Закрой эту проклятую дверь и запри ее, Рыжик,– в ее голосе звучало страстное желание.– Потом ты можешь поцеловать меня.

Шейн с сожалением осознал, что она была гораздо пьянее, чем казалось с первого взгляда. Бог ты мой, да если бы он был пьян, или она была бы немного потрезвее… Но в любом случае…

Он задумчиво повертел в руках бокал и решительно допил его содержимое. Поставив бокал на стол, он шагнул к ней. Женщина молчала, смотрела на него и ждала.

Шейн выдавил улыбку и яростно потер ладонью лоб.

– Проклятье, если бы не время…– сказал он.

– Я знаю,– женщина смотрела на него, не мигая.– Ты такой же, как и я, Рыжик.

Она казалась одинокой и печальной. Шейн подумал: а действительно ли она так пьяна, как он решил несколько секунд назад?

– Мы с тобой одной породы,– с понимающей улыбкой сказала она.– Корабли, что минуют друг друга в ночи. Но мы встретимся снова, Рыжик. В следующий раз мы не разойдемся.

Она зябко передернула плечами, закрыла глаза и снова улеглась на софу. Шейн стоял рядом и глядел на нее сверху вниз. Он понимал, что она ощущает его присутствие, и продолжал стоять, крепко, до боли, сцепив руки за спиной.

Секундой позже из-за открытой в коридор двери донеслось легкое постукивание каблучков по ступенькам лестницы. Шейн обернулся, расцепив руки, и тут же почувствовал мягкое, теплое пожатие: женщина, лежавшая на софе, взяла его за руку.

В дверном проеме промелькнула фигура стройной, хорошо одетой женщины с ключом в вытянутой руке. В квартире ЗБ щелкнул замок. Дороти Ларсон прошла к себе, ничуть не заинтересовавшись тем, что происходит за открытой дверью квартиры 4Б.

Шейн взглянул на женщину, которая все еще держала его за руку.

– Эй,– тихо позвал он.

Женщина открыла глаза и улыбнулась.

– Ты так и не закрыл дверь, Рыжик?

– В следующий раз обязательно закрою,– пообещал Шейн.

– О'кей,– сказал она.– В следующий раз. Она разжала пальцы и снова закрыла глаза.