Ты родная наша мамушка,

До чего же ты богатая река!

Что в цветах ковры персидские,

Заливны твои луга,

Что каменья самоцветные,

Блещут ночью берега!

Услышав в третьем классе песню, в дверь заглянул директор школы. И увидел: стоит за партой Макеев и поет, а все слушают. И учительница за столом подперла щеку рукой...

- Это что такое? Разве урок пения?

- Тсс! - шепчет она. - Не мешайте, одну минуточку!

И тут раздается звонок на большую перемену.

- Макеев! Макеев! Макеич! Миша! - обступили, затормошили новичка ребята. - А что дальше? Что с дедом? Где он? Почему ты в Москве?

- Это долго рассказывать...

- Ну расскажи, расскажи!

- Деда на Каме нет. Он бы и сейчас там работал и меня бы здесь не было, если бы не поднялась буря. У нас волны обыкновенно нагоняет ветер низовой, а тут поднялся верховой... И как погнал стаи бревен на ворота, как погнал, так сразу и образовался пыж... Да такой, что старики не видывали... Не затычка, не дом, а целая колокольня, и бурей ее качает!

Над рейдом подняли сигналы бедствия... По радио всем велят убираться прочь!

Дед как крикнет на своих ребят:

"Орлы, уматывай!"

Так они уперлись баграми и в два счета из-под пыжа повыскакивали... А дед, оставшись один, погрозил еще им кулаком, чтобы обратно не лезли, а сам пригнулся и ударил багром под самое основание пыжа... Там всему затору основа - здоровенное сучковатое бревно поперек ворот застряло. Вода из-под него вверх фонтаном бьет, ревет, а вытолкнуть не может... Вот Кряж вонзил багор ему в бок. Вскочил на него, всем телом на конец багра навалился и давай раскачивать... И давай раскачивать!

Бревно ка-ак повернется! Затор ка-ак рухнет! Гора из бревен ка-ак грохнется!.. Прямо на то место, где была бригада... Не прогони дед багорщиков - не было бы у нас лучших футболистов.