– Я даже не знаю… – лепетала Оля. – Ваш муж сказал, что вы не скоро вернетесь, вот мы и подумали…

– Сучка! – больше объяснять Оле ничего не пришлось – Алина выставила ее на лестницу.

Банда уже не помнил, что говорил он, что кричала ему Алина. Он помнил только то, как Алина запустила в стену бутылкой вина.

Бондарович послал ее к черту, накинул куртку, выбежал на улицу, вскочил в машину и, пробуксовывая протекторами по мокрому асфальту, понесся со двора.

– Кажется, сработало, – полковник Котляров не удержался и поцеловал Олю в щеку. Водитель Виктор оставался все так же молчалив.

Старая «Волга» медленно выехала со двора.

А дальше Банду закрутило. Он переночевал на предоставленной месяц назад в его пользование конспиративной квартире, принадлежавшей ФСБ. Утром к нему приехал Котляров. Банда спросил его, объяснил ли он Алине, когда вернулся и застал ее одну, что произошло на самом деле, Котляров ответил:

– Извини, Банда, что так получилось, но Большакова и слушать меня не захотела.

– Но сама она хоть что-то сказала? – невесело усмехнулся Бондарович.

– Она удивилась, как быстро ты сумел меня отыскать и привезти к вашему дому, чтобы продемонстрировать ей как вещественное доказательство.

Услышав это, Бондарович решил ни в коем случае не звонить Алине первым. После такого решения на душе у него стало немного легче.

– У тебя есть работа? – спросил он Котлярова – Иначе я сойду с ума Желательно подальше от Москвы Конечно же, работа у Котлярова нашлась, к тому же именно такая, какая нравилась Банде: действовать предстояло не с подразделением, а одному.

– Я сейчас изложу тебе суть, а ты скажешь, согласен или нет.

– Я согласен на все.

Полковник изложил суть дела. Заключалась она в следующем: один из претендентов в кандидаты на пост президента России не рассчитал свои силы – почти все его деньги ушли на покупку подписей, а потом Центризбирком не зарегистрировал его, обнаружив пару сомнительных списков.