- Ты знаешь,- вяло сказала Ася,- там стерва одна что-то заподозрила... Придется тебе сейчас уйти. Ну, дождется она у меня! - Тут у Аси в голосе появилось чувство.- Пошли. Надо быстро пройти, пока она снова не высунулась. Я ее в кладовку упрятала...

- Как упрятала? - равнодушно удивился Монахов.

- Ну, послала... Ну, иди же.

И они пошли, и путь был куда короче, чем показалось сначала Монахову. В дверях Ася сказала равно- душно:

- Ну, ты позвонишь?

Монахов помялся ответить.

Тогда, на секунду, взгляд Аси стал как-то глубок и внимателен, в нем блеснул печальный огонек усталого ожидания и погас.

- Позвоню... - невнятно сказал Монахов.

- Позвони, слышишь? - вдруг звонко и отчаянно зашептала Ася.- Позвони обязательно! Слышишь? Слышишь? - трясла она его, будила...

- Позвоню... обязательно... - сонно сказал Монахов.

И вот дверь за ним закрылась, и он степенно пересекал площадку перед домом, сдерживая внутренний бег, а когда свернул за куст, где на секунду увидел себя стоящим с туфлями в руках, вздохнул изо всех сил и побежал. Он бежал через парк, уже светлевший в темных своих деревах, словно, кто-то гнался за ним, и даже действительно мерещились ему бандиты и хулиганы, которые его сейчас остановят и прирежут. "Справедливо, справедливо",приговаривал он себе на бегу. И лишь выбежав из парка и столкнувшись с бессонным квартальным, в нерешительности посмотревшим на него: остановить или не остановить! - лишь тут словно споткнулся и перешел на шаг, трудно дыша. Из-за поворота, повизгивая, выехал ремонтный трамвай, это было Монахову по дороге, и, не ожидая от себя такой дерзости и прыти, Монахов улыбнулся милиционеру, подмигнул и вскочил на подножку трамвая. Милиционер погрозил кулаком - и все. Монахов ехал домой, и ему легчало. Его мотало на рассветном, выплывающем из пара мосту, и он радостно глядел на мир.