— Спасибо, утешил.

— Я тебе ничего не говорил, Гена. Ты умный мужик, сам знаешь, что делать.

— Ладно, Валера. Через недельку свидимся. Я хочу узнать, куда деваются отчеты Поплавского.

— Мечтатель. Давай лучше пиво пить.

Светские вечеринки для молодого генерала стали чем-то обыденным. Без него не обходился ни один прием, устраиваемый военными атташе разных стран. Военное сотрудничество, объединенные маневры, совместные учения и зарождающиеся отношения с блоком НАТО. Некрасов всегда входил в состав российской делегации. Молод, красив, умен, дипломатичен, обаятелен. К этому стоит добавить его профессионализм как специалиста по вооружению и знание военной политики государства. Он умел сглаживать углы, выстроенные его прямолинейными коллегами. В министерстве знали о его достоинствах и включали генерала в каждую делегацию, готовящуюся к деловой встрече с партнерами и покупателями либо с оппонентами и противниками.

Сегодняшний прием выглядел очень пышным, но носил внутриведомственный характер. Иностранных гостей на него не приглашали. Отмечалось семидесятилетие академика Успенского, одного из видных разработчиков ядерного оружия. Все, что касалось вооружения страны, имело непосредственное отношение к деятельности Некрасова на его новом посту.

В список приглашенных он попал автоматически, согласно занимаемой должности. Удобный случай глянуть на тех, кто своим умом и талантом создает ядерный щит страны, и обзавестись новыми связями. В этой области у него не было друзей и знакомых. Теперь они должны появиться.

Прием, устроенный в загородном музее-усадьбе немного удивил Некрасова. Почему именно здесь? Помпезность восемнадцатого века впечатляла, но какое отношение имеет памятник архитектуры к Академии наук и самой скрытой ее области — ядерной физике?