счастью, он слишком труслив. Марцо. Я не понимай. Я не говорить английски. Брасбаунд. А вот этот субъект (указывает на Дринкуотера) - величайший лжец,

вор, пьяница и негодяй на всем Западном побережье. Дринкуотер (с притворно ироническим безразличием). Валяйте, валяйте. Сэр

Хауард все равно вам не поверит: он давно знает, что я за человек. Леди Сесили. Капитан Брасбаунд, все это мне и раньше доводилось слышать о

темнокожих. Тем не менее я убедилась, что они очень славные люди, если

с ними хорошо обращаются. Дринкуотер (хихикает, итальянец тоже ухмыляется). Ну, как, кептен? Что вы

теперь скажете? Брасбаунд. Я отлично знаю, как обращаться с ним, миледи. Если он еще раз

раскроет рот без моего разрешения, я переломаю ему кости. Леди Сесили (с самым сияющим видом, на какой она только способна). Неужели

капитан Брасбаунд всегда обращается с вами так, мистер Дринкуотер?

Дринкуотер колеблется, с опаской поглядывая на капитана.

Брасбаунд. Отвечай, собака, раз леди приказывает. (К леди Сесили.) Не

называйте его мистером Дринкуотером, миледи: он привык, чтобы его

называли Джек Пьяная рожа. Дринкуотер (возмущенно). Ну, знаете! Нет уж, извините, кептен! Мое имя

Дринкуотер. Можете справиться на кладбище святого Иоанна на

Ватерлоо-роуд. Имя это написано на могильной плите моего деда. Брасбаунд. Если не придержишь язык, оно скоро будет написано на твоей

могильной плите. (Поворачиваясь к присутствующим.) С вашего позволения,

объяснимся начистоту. В этих местах, да и в любых других, где

отсутствуют регулярные, дисциплинированные войска, конвой таков, каков

его командир. Если я возьмусь за это дело, конвоем вашим буду я сам.

Мне может понадобиться десяток людей или, скажем, десяток лошадей.

Некоторые из этих лошадей и поголовно все люди окажутся с норовом. Если

человек или лошадь попробуют свой норов на мне, тем хуже для них. Вас