ведь придется следить, чтобы они были хорошо вымыты и накормлены. Брасбаунд (надменно). Мои люди не дети, миледи. Леди Сесили (с неколебимой убежденностью). Все мужчины - дети, капитан. Я

вижу, вы многого не замечаете. У этого несчастного итальянца только

один ботинок зашнурован как следует; на другом шнурок совершенно

изорван. А мистер Дринкуотер, судя по цвету его лица, нуждается в

лечении. Брасбаунд (внутренне озадаченный и обескураженный, несмотря на всю свою

решимость не позволять шутить над собой). Сударыня, если вам нужен

конвой, я могу обеспечить вас конвоем. Если же вам угодно совершить

прогулку с учениками воскресной школы, это я вам предоставить не в

силах. Леди Сесили (с грустной нежностью). А разве вам не хотелось бы этого,

капитан? Ах, если бы я только могла показать вам своих ребятишек из

Уайнфлитской воскресной школы! Как бы им понравились все эти места,

верблюды, негры! Я уверена, что вы с большим удовольствием провели бы с

ними время. А какое воспитательное значение имело бы это для ваших

людей!

Брасбаунд с пересохшими губами уставился на нее.

Сэр Хауард. Сесили, перестаньте рассказывать глупости капитану Брасбаунду.

Пора окончательно договориться с ним об условиях. Леди Сесили. Но мы уже обо всем договорились. Выезжаем завтра в восемь утра,

если вы ничего не имеете против, капитан. Об итальянце не беспокойтесь:

у меня с собой большой сундук с одеждой для моего брата, который живет

в Риме; я найду там пару шнурков. А теперь идите домой, ложитесь спать

и не хлопочите попусту. Вам надо только привести утром своих людей, обо

всем остальном я позабочусь сама. Мужчины всегда так нервничают перед

поездкой! Спокойной ночи. (Протягивает ему руку.)

Пораженный, он в первый раз снимает шляпу. Угрызения