Однако сочинение Донна далеко выходит за рамки трактатов ars moriendi. Те были лишь практическим наставлением для умирающего. Донн претендует на нечто гораздо большее. Едва ли не на тяжбу с Господом Богом. "Увещевания" своего рода юридический разбор реального положения подзащитного, коим является сам Донн. Здесь он, с одной стороны, опирается на традицию права, с которой он познакомился во время обучения в Линкольнз-Инн, а с другой - на книгу Иова. Иова, вызывающего Бога на разбирательство: "Выслушай, взывал я, и я буду говорить, и что буду спрашивать у Тебя, объясни мне"5. И каждый раз, взвесив все доводы, Донн смиренно склоняет голову.

Если "увещевания" - наиболее богословски насыщенные части "Обращений к Господу...", то "Медитации", которым Донн обязан славой прекрасного прозаика, полны "мудрости мира сего". Здесь мы встречаемся с космографией и алхимией, платонизмом и герметикой. При этом Донн оперирует с набором "общих топосов" своей эпохи - но делает это поистине виртуозно. Магнетизм его текста объясняется не оригинальностью образов, а их неожиданным сопряжением6.

Точно так же бл. Августин, Тертуллиан, св. Бернар Клервосский, Данте преломляются в причудливой акустике донновского текста, порождая порой странное эхо7.

Примечания

1 Partrige A.C. John Donne: Language and Style. London, 1978. P. 201.

2 Подробнее см.: Donne John. Devotions upon emergency ocassions... V. 1. Salzburg, 1975. S. XXXII-XXXIV.

3 Ibid. S. XXXIV-XXXV.

4 Ibid. S. XL.

5 Иов 42, 4.

6 Отметим, что именно это качество ряд исследователей считают отличительной чертой школы поэтов-метафизиков.