В принципе, закономерность взаимодействия личности и истории выглядит так: силы, скопившиеся в обществе в определенный момент исторического развития, естественным образом возникают в личности, выдвинутой обществом, причем, не для того, чтобы застыть там или исчезнуть, а для того, чтобы в третьей точке исторического движения вернуться к самому народу в новом качестве.

И здесь на первый план выходит Рухнама как принципиальное явление духовного порядка, как сплав личности и общества, как качественно новый побудитель народной энергии.

Видимость, очевидность причастности Рухнама новому времени есть своего рода доказательство ее исторической уготованности. И хотя предыдущие поколения туркмен не высказывали конкретных мыслей о необходимости концентрации духовных основ с целью превращения нации в цельный монолит, они ощущали это всем своим существом. Каждого деятеля они представляли в ореоле символов, составляющих его сущность и предназначение: полководца – с мечом, поэта – с пером, врача – с лекарствами. Глава государства, историческая личность выступает на авансцену со своей доктриной.

Моя доктрина – Рухнама. Рухнама – это выстроившаяся в единый ряд система мировоззренческих представлений, своей сущностью уходящих в национальное самосознание туркмен. Рухнама – это основа всех моих политических и экономических начинаний, социальных и культурных реформ, обусловленных современным движением туркменской истории. Рухнама – это метод их осуществления в конкретных условиях начавшегося процесса самореализации туркменской нации.

По велению души я посвящаю Рухнама своему народу.