- Мы заплатим за свои костюмы сами, а для тех, кому это не по карману, соберем деньги в складчину.

- Это еще не все, - сказал Перселл. - Я получил письмо от Гэльской лиги.

- От Лейси?

- Подписал-то его Лейси, но я думаю, что за ним стоит Мерфи. Негоже, мол, нам ставить "Пиратов" - чужеземная музыка губительна для нашей культуры, культуры наших предков.

- Опять же семь веков гнета.

- Вот-вот. Но как ни говори, а на письмо отвечать придется. Что же такого мне им написать?

- Пошли их подальше.

- Я только тем и занимаюсь, и мне это уже опостылело. Опостылело обходиться во всем своими силами. Пора бы, кажется, мне и помочь.

- Поставь вопрос перед комитетом, и тогда мы сами пошлем Лейси куда подальше. В конце концов спектакль почти готов и сейчас не время что-то корежить и менять. Они небось хотят навязать нам все те же ирландские мелодии.

- Они говорят, что ирландские мелодии куда больше подходят для концерта памяти повстанцев девяносто восьмого года.

- Мне известно, что им надобно, - раскипятился Суини. - Сборная солянка без цвета, вкуса и запаха. Я их знаю как облупленных.

Комитет согласился с Перселлом. Не говоря уж о естественном желании "еподдаться давлению и недовольстве вечными покушениями на их свободу, они действительно увлеклись музыкой. Вдобавок и радужная перспектива - огни рампы, красочные костюмы, дни, заполненные до отказа захватывающе интересными делами, - тоже весьма укрепляла их решимость. Поэтому они ответили Лиге, что спектакль почти готов и на этой стадии просто нецелесообразно что-либо менять.

Как-то вечером, когда они возвращались домой после репетиции, Перселл сказал Салли Магуайр:

- У Суини какое-то дело в городе. Так что мне придется провожать вас в одиночку.

- Что мне теперь - плакать прикажете? Перселла удивил ее тон.

- Я хотел сказать, что отец Финнеган не поощряет...

- Отцу Финнегану нечего беспокоиться. Перселл улыбнулся.