— Такого не увидишь на юге, — сказал он и быстро добавил: — Но я знаю, что ты имеешь в виду. Мы, индийцы, стараемся не замечать этого. Или замечаем, но не считаем чем-то исключительным, потому что так было всегда. Мы видим этих бедняков и знаем, что они были всегда, как деревья, камни или облака на небе. Просто часть пейзажа.

Он следил за ней, когда говорил. Было трудно объяснить людям, которые не понимали, которые считали, что вся Земля должна быть такой же, как их маленький мирок. Им тяжело было понять, что где-то все по-другому, просто потому, что так сложилось, так распорядилась история.

— ...Просто часть пейзажа?

Он кивнул.

— Не стоит думать, что я бесчувственный. Я за то, чтобы исправить ситуацию. Дома я голосую за тех, кто хочет что-то исправить. Но порой думаю, а можно ли что-то изменить. Иногда мне кажется, что невозможно. Слишком много людей. На место в спасательной лодке чересчур много претендентов.

— Ты так думаешь?

— Да, думаю. В Индии слишком много людей, которым нужна помощь. Все очень просто. Индия — богатая страна по многим признакам. Мы запустили спутник. У нас много больших предприятий. И не только. Но большинство жителей все еще борются за выживание. Поэтому, если кто-то хочет чего-то добиться в жизни, он старается уехать. Посмотри на компьютерщиков, врачей, на тех, кто эмигрировал в Соединенные Штаты. Они уезжают и уже не возвращаются. Дают брачное объявление в «Таймз оф Индия»

Она улыбнулась.

— Я бы захотела уехать из Бомбея.

— Да, — кивнул он. — Вот именно.

Она задумалась на секунду.

— Глобальная деревня...

— Да, — подтвердил он. — Но в деревнях порой очень трудно жить, не правда ли?

6

Джен приготовила пасту, потому что в то воскресенье у нее не было ничего другого. Они разговаривали, пока она наполняла тарелки и подливала в бокалы вина. Она рассказала, что была недолго помолвлена с инженером-нефтяником. Через несколько месяцев они поняли, что не подходят друг другу, и разошлись добрыми друзьями.