Назад клоп дороги не нашел, но двигался достаточно энергично, чтобы расстроить vaquero, которому удалось упросить молодого доктора попытаться извлечь клопа. Молодой человек старался изо всех сил, лил в ухо теплую подсоленную воду, но vaquero осерчал и пристрелил его. Со стороны vaquero это было большой ошибкой. Кто-то убил под ним лошадь, когда он пытался удрать, а возмущенные граждане, большинство которых от нечего делать торчали возле салуна, тут же его и повесили.

К сожалению, никто из врачей с той поры Лоунсам Дав не интересовался, так что Август и Калл, которые на своем веку повидали предостаточно ран, всегда призывались, если возникала необходимость в каком-нибудь хирургическом вмешательстве. Нога Дилларда в этом смысле проблемы не составляла, вот только сам он вопил так громко, что повредил себе голосовые связки. Потом Диллард вполне приспособился передвигаться на одной ноге, но голосовые связки так полностью и не восстановились, что в конечном счете сказалось на его бизнесе. Диллард всегда слишком многого ворил, а после несчастья с сороконожками стал слишком много шептать. Клиенты, укутанные в горячие по лотенца, не могли расслабиться, стараясь разобрать шепот Дилларда. К тому же он вряд ли стоил того, что бы его слушать, даже в те времена, когда обе ноги были целы, так что со временем многие из его клиентов переметнулись к парикмахеру-мексиканцу. Даже Калл ходил к мексиканцу, а Калл не доверял ни мексиканцам, ни брадобреям.

Август взял кувшин на веранду и поставил стул с плетеным сиденьем так, чтобы максимально использовать тот намек на тень, которым ему приходилось обходиться. Когда солнце опустится ниже, тень удлинится, постепенно захватывая веранду, двор, ручей Хэт, Лоунсам Дав и, наконец, Рио-Гранде. К тому времени когда тень достигнет реки, Август уже будет вполне готов поговорить с умным человеком, что обычно кончалось разговором с самим собой. Калл будет трудиться, пока окончательно не стемнеет, — если найдется работа. Если ее не найдется, то он ее придумает. А Пи Ай в душе был сержантом и не мог закруглиться, пока не закруглится капитан, даже если бы Калл ему это и позволил.