Дан подтянул пояс с кобурой и направился в комнату, откуда доносились приглушенные голоса, один из них принадлежал доктору Уилсу Симпсону.

Прислонившись к косяку, Дан приветственно кивнул старому седому доктору. Потом он подошел к месту, где лежал Том Хоррик. Его лицо было серым, лоб прорезали глубокие морщины, потрескавшиеся губы были плотно сжаты, его глаза были закрыты и он тяжело дышал.

Симпсон вяло сказал:

— Он выживет, но он потерял много крови. Я думаю, что ему лучше не двигаться, мы обсуждали это с Лори, по крайней мере не сегодня.

Дан пристально посмотрел на Лори, она быстро отвернулась, сказав:

— Я приготовлю завтрак.

Дан сел на стул и сказал равнодушно:

— Он очень помог мне, док, и возможно спас мне жизнь.

— Я слышал, он единственный бросился на помощь.

— Все случилось неожиданно, — сказал Дан, хотя он не забыл того, как нерешительно топтались люди на крыльце салуна, когда он вступил в схватку с четырьмя бандитами.

Доктор Симпсон что-то пробурчал про себя и закрыл свой черный саквояж. Встав, он задумчиво посмотрел на Дана, потом в сторону кухни. Оттуда доносился звук гремящей посуды.

— Отдохни немного, Дан. Ты плохо выглядишь. Если ты хоть немного уважаешь мое мнение, я настаиваю на том, чтобы ты полежал пару дней.

— Я не могу, — ответил Дан.

— Копперфильд и Тренч охраняют твоего заключенного. Я ходил к нему перед тем, как прийти сюда. Он останется жив.

Дан потрогал свое плечо.

— Бандиты вернутся, сказал он.

— Я слышал. Сын Томпсонов видел, как они уезжали из города, кажется один из них был ранен.

— Я думаю, что ранил Эда Майна, — сказал Дан.

Симпсон внимательно посмотрел на него.

— Это война не для одиночки. Весь город должен подняться на твою защиту, иначе никто больше не захочет быть шерифом здесь.