
До прихода русских в XVII веке на Чукотке еще удерживался неолит, новокаменный век, хотя почти во всех остальных районах Старого Света уже давно начался век железа. Огромные горные территории центральных частей Чукотского полуострова, где по распадкам и долинам рек кочевали со стадами оленей настоящие люди — именно так переводится слово чауча (чукча) — оставались труднодоступными для исследователей из-за суровых природных условий и значительной удаленности от побережья.
1648 год. Семен Дежнев с дружиной казаков на кочах обошел Чукотский полуостров с севера на юг, впервые документально подтвердив это. Но отчет об их путешествии затерялся, далеко не сразу дошел до российской столицы, на долгие годы безвестно осев в бумажном архиве в Якутске. По приказу Петра Великого, уже после его смерти, в 1728 году Витус Беринг и Алексей Чириков — капитаны двух кораблей — пошли от берегов Камчатки на север искать уже найденный проход между Азией и Америкой. И прошли по нему, подтвердив, что Азия не граничит с Америкой, не подозревая о том, что это неширокий пролив.
В 1764 году галиот купца Никиты Шалаурова ушел с устья Колымы на восток открывать неведомые земли и пропал. Капитан Биллингс, проезжая зимой 1791 года от бухты Святого Лаврентия к Нижнеколымску, узнал от чукчей о недавно обнаруженной в устье Пегтымеля парусиновой палатке с трупами людей.
