- Удивительно, - сказала я. - Представляю, сколько труда в них вложено.

- Это неважно, - отмахнулся юноша, - главное - доставлять радость людям. Пойдемте вот сюда.

Мы свернули из галерейки в небольшой коридорчик. Юноша открыл дверь и кивнул мне, чтобы я заходила. Я оказалась в небольшой приемной. Дверь за мной захлопнулась. Решив, что здесь и находится кабинет главы центра, я пересекла приемную и нажала на массивную бронзовую ручку кабинета.

- Можно? - спросила я, слегка приоткрыв дверь.

- Входите, - раздался низкий властный голос.

Я вошла в кабинет и остановилась. За длинным письменным столом темного неполированного дерева восседал тучный седоватый мужчина в очках. Азиаты, как правило, невысокие и стройные, но этот человек, напротив, был большим и грузным.

И если бы не четкие азиатские черты лица, я бы усомнилась в том, что передо мной кореец.

- Что у вас за дело ко мне? - спросил он достаточно грубо, даже не предложив мне сесть.

- Если вы Александр Пак, то я должна передать вам одну вещь.

- Вы не ошиблись, - ответил он, - я Александр Пак. Так что у вас ко мне за дело?

- Дело в том, - ответила я, - что художник Карчинский не может сам прилететь в Москву. Его выставка не состоится. Но он просил меня передать вам небольшую посылку.

- Посылку. - Пак снял очки и потер мясистую переносицу. - Что за посылка?

- Ваза мэбен, которую он посылает вам в подарок.

- Ваза мэбен? - повторил он за мной. - И где же она?

- Здесь. - Я слегка хлопнула по спортивной сумке, которая висела через плечо. - Сейчас достану.

Я расстегнула "молнию" и осторожно достала запакованный сверток.

- Вы видели эту вазу? - спросил Пак, выбираясь из-за стола и приближаясь ко мне.

- Конечно, нет, - мотнула я головой. - Карчинский сам запаковал ее и попросил передать. Зачем же мне ее разворачивать?

- Из любопытства, - ответил он, забирая у меня посылку. - Хорошо, что вы привезли вазу. Передайте Карчинскому вот этот сверток. Надеюсь, что вы тоже не станете разворачивать его из любопытства. Он хорошо упакован, и вы не сможете завернуть его так же. Больше у вас ко мне ничего нет?