- Прекрасный день, мисс Пичер! - сказал учитель.

- Чудесный, мистер Хэдстон! - сказала мисс Пичер. - Вы собрались погулять?

- Да, мы с Хэксемом отправляемся в дальнюю прогулку.

- Для такой прогулки погода сегодня самая подходящая, - заметила мисс Пичер.

- Мы идем не столько ради удовольствия, - ответил учитель, - сколько по делу.

Перевернув лейку вверх дном и стряхнув на цветок последние две-три капли с таким усердием, словно они обладали некоей силой, способной взрастить к утру из этого цветка волшебный боб вышиной до неба *, мисс Пичер попросила еще воды у своей ученицы, которая тем временем разговаривала с мальчиком.

- Всего хорошего, мисс Пичер, - сказал учитель.

- Всего хорошего, мистер Хэдстон, - сказала учительница.

Ее ученица была столь привержена школьному обычаю поднимать руку (точно останавливая омнибус или кэб), когда ей хотелось сообщить что-нибудь мисс Пичер, что она поступала так и в домашней обстановке. То же самое произошло и сейчас.

- Да, Мэри-Энн? - отозвалась мисс Пичер.

- С вашего позволения, сударыня, Хэксем сказал, что они идут навестить его сестру.

- Нет, это что-то не так, - возразила мисс Пичер, - потому что с ней у мистера Хэдстона не может быть никаких дел.

Мэри-Энн снова остановила омнибус.

- Да, Мэри-Энн?

- С вашего позволения, сударыня, наверно, какое-нибудь дело есть у самого Хэксема?

- Может статься, - сказала мисс Пичер. - Мне такая мысль просто не пришла в голову. Впрочем, это не важно.

Мэри-Энн снова остановила омнибус.

- Да, Мэри-Энн?

- Все говорят, она очень красивая.