Я всю семью Скобелевых хорошо знал. Управлял имениями Михаила Дмитриевича и Дмитрия Ивановича и господ Богарне. Про Дмитрия Ивановича немного рассказывать. Ум у него не был приспособлен для дел, так сказать, государственных, а был простой, хозяйственный ум, с помощью которого он прожил всю свою жизнь с пользой для себя и не во вред людям. Был храбрый генерал, но - как бы выразиться - без особенной стратегии и без чрезмерного честолюбия. Михаил Дмитриевич иногда поддразнивал отца тем, что перегнал его по службе, и шутя подтягивал. Старик обижался, но не очень. В армии ему было прозвание "Паша", и это не за какую-нибудь там слабость или склонность, а так иногда, бывало, на него находила полоса самодурства. Заупрямится, забурлит, закричит, ногами затопает, не слушает никаких резонов. Такие взрывы за ним все знали - и на военной службе, и дома, в имении, - так же, как знали и рецепт против них: не возражать ни звуком, а дать "Паше" выкипеть. Тогда он понемногу стихал, проглатывал слюну и спрашивал, точно проснувшись: "А? В чем дело?" Хороший был человек, солидный, серьезный. Пыли в нос никому не пускал. Рассказывали про него, что представлялся он однажды государю Александру Второму. Царь и спрашивает его: "Так ты, значит, Скобелев? Отец и сын знаменитых Скобелевых?" Ну, что ему было отвечать? "Так точно, ваше величество".

Но из всех Скобелевых меня более других увлекала и занимала фигура Скобелевапервого, Однорукого коменданта, Ивана Никитича, дедушки Белого генерала. И судьба его, и жизнь, и самый характер - все у него было как-то ни на что не похоже: горячо, странно, и трогательно, и жестоко - совсем не по-писаному. Впрочем, и то сказать, какие времена тогда были! Времена железных людей, орлов, великанов! Земной шар служил у них шариком в садовой игре, именуемой бильбоке... Умели тогда повелевать и умирать. Красивые годы были и...