От этих колебаний зависело больше, чем они оба могли вообразить, – фактически, судьба полковника Холлса. Если бы хозяйка сделала решительный шаг и предложила свою персону теперь, а не спустя десять дней, как произошло в действительности, то, хотя ответ полковника ничем не отличался бы от данного им позже, поток его жизни мог бы устремиться по другому руслу, и его история не была бы достойна рассказа.

Но так как миссис Куинн в тот момент не хватило смелости, судьба продолжала выковывать странную цепь обстоятельств, приоткрыть которую вам звено за звеном и является моей задачей.

– Думаю, – ответила она наконец, – что мне бы не пришлось долго ее искать.

– Это убеждение для меня весьма лестно, мэм, но, увы, я его не разделяю, – усмехнулся полковник Холлс, давая понять, что отказывается воспринимать этот вопрос иначе как шутку. Он поднялся, криво улыбнувшись. – Поэтому я все еще возлагаю надежды на его светлость герцога Олбемарла

Говоря это, полковник подобрал шпагу, надел через голову перевязь, укрепил ее на плече и потянулся за шляпой. Миссис Куинн смотрела на него задумчиво и неуверенно.

Наконец она встала и вздохнула.

– Ну, посмотрим. Возможно, мы побеседуем об этом снова.

– Ради Бога, нет, если вы любите меня, прелестная сваха, – запротестовал он, собираясь уходить.

Забота об удобстве постояльца вытеснила из головы миссис Куинн все прочие мысли.

– Еще один глоток – это придаст вам силы, – она снова ухватилась за пустой кувшин.

Полковник остановился и улыбнулся.

– Силы могут мне понадобиться, – признал он, вспоминая разочарования, постигавшие его при всех предыдущих попытках увидеть герцога. – Вы успеваете подумать обо всем, словно вы не миссис Куинн из «Головы Павла», а сама благодетельная Фортуна, рассыпающая дары из неистощимого рога изобилия.

Хозяйка довольно рассмеялась, поняв, что получила цветистый комплимент, а этому искусству она более всего желала научиться у своего постояльца.