— Ох, мальчик мой, я не сказала, что подозреваю Шалабр… просто… хотя, она могла совершить убийство, в ней жила какая-то жестокость. Еще я припоминаю мсье Лотнера. Он мечтал соблазнить Оливию, а она оказалась крепким орешком. Возможно, он хотел отомстить ей и позаботиться о том, чтобы его репутация великого соблазнителя не была разрушена. Ради этого совершить убийство — жестоко, но он был таким самовлюбленным! Еще этот сумасшедший романтик Риш, совсем потерял голову из-за Оливии, грозился вызвать ее мужа на дуэль. Писал ей стихи, весьма фривольные. Я слышала, ненормальные способны на убийство. Далее идет кузен мсье Кори, не помню его фамилию. Он учился в Париже, сильно бедствовал, приехал погостить. Возможно, он сначала зарезал мадам Кори, а потом застрелил ее мужа… ну, чтобы все подумали, что мсье Кори совершил самоубийство! Эта версия тоже пользовалась успехом. Он почти не знал кузена, поэтому без угрызений совести мог убить его ради наследства.

Опытная сплетница была явно довольна собой. Перебирать всю подноготную было ее любимым занятием.

— Вот и все, детки мои, — сказала она с улыбкой. — Извините, больше у меня нет времени.

Визит к мсье Ришу радовал еще меньше.

— Встреча с безумцем не придает мне радости, — ворчал Сен-Жюст. — Мое воображение рисует старикашку, декламирующего низменные вирши.

— Ну, не такой уж он и старый, — возразила Светик. — Тогда ему было пятнадцать, значит, сейчас сорок.

— Твое знание арифметики меня восхищает! — иронично похвалил Антуан. — Мадам Обри, достигшую сорока двух лет, нельзя назвать старой. Однако весь ее облик указывает на шестидесятилетний возраст. Время не пощадило мадам!

— Это все из-за бурной жизни.

— Хм, возможно.

Быт и мсье Риш

В доме мсье Риша глазам гостей предстала живописная картина. Кругом были дети, из-за того, что они не сидели на месте, казалось, что их несметное количество. Их веселые жизнерадостные крики смешивались с фальшивыми аккордами клавесина, за которым музицировал мальчик лет тринадцати. Гувернантка безуспешно пыталась утихомирить ребят.