Депутатов и их спутников препроводили в комнаты, которые они должны были занимать во время пребывания в Либревиле; вскоре туда же доставили и багаж.

Господам Папелё и Денизару следовало в течение нескольких часов хорошенько отдохнуть. Но как же не присутствовать на ожидавшем их парадном обеде, не посидеть за одним столом с губернатором, не ответить на многочисленные приветственные речи, которые, безусловно, будут там произнесены?! Страдальцы разошлись по своим комнатам. Они оказались смежными, так что депутаты могли переговариваться. У них впереди был еще час, чтобы заняться туалетом и переодеться во фраки, чего требовал протокол.

Глядя на кровать с необходимым в здешних местах противомоскитным пологом, депутат Верхней Вьенны сказал:

— Я бы охотно прилег…

— Еще бы! И я не прочь… — откликнулся депутат Нижней Сены.

— Провести целую ночь на кровати, которая не будет из-под тебя выворачиваться! — продолжил господин Папелё.

— И в которой не рискуешь проснуться с ногами выше головы! — подхватил господин Денизар.

Еще несколько часов мужественного терпения, и оба пассажира «Туата» смогут до утра наслаждаться заслуженным отдыхом.

Официальный обед был организован и сервирован как нельзя лучше. Его почтили и украсили своим присутствием многие дамы европейской части колонии. Двух или трех предводителей соседних племен усадили за губернаторский стол, и они смогли принять участие в беседе, когда та велась на эсперанто. Меню в основном состояло из даров местной природы: дичь была представлена замбезийской уткой с виноградом и в сухом вине; белыми поганками — видом водоплавающих птиц — с желтыми хохолками; «могангой», за свой изысканный вкус прозванной «котлеткой из антилопы». Из рыбы — сом и карпы разных пород; из овощей стол украшали горошек, салат-латук, портулак, ямс, баклажаны, «мьюмбу» — сорт бататов, капуста, помидоры, морковь; из фруктов — бананы, «соколобвес» — косточковые