- Тьфу, окаянная!..

Дунька тоже остановилась. Эта неожиданная встреча тоже поразила ее не особенно приятно. Беспутный Спирька и без того не давал ей проходу и при каждой встрече считал своим долгом обругать. А тут, в лесу, с глазу на глаз - кто знает, что у него на уме, у шалого. Еще как раз наозорничает... Ей хотелось убежать, но было как-то совестно. Он тоже совестился свернуть в сторону. Какой же мужик, который бабы испугался. После Дунька же и осмеет при всем народе. Баба бойкая и за словом в карман не полезет.

- Ну, чего ты стоишь, как березовый пень? - сурово проговорил Спирька.

- А тебе какое дело?.. Иди своей дорогой...

- И пойду. Тоже не укажешь...

Он сделал несколько шагов. Дунька продолжала стоять. Спирька опять остановился.

- Послушай, Дунька, кабы я был твой муж, я бы взял орясину да орясиной тебя. Разе теперь по лесу телок ищут? Ах, ты... Скотина вся на зеленях воспитывается.

- А ежели я была на зеленях! Умен тоже...

- Все-таки ты круглая дура, Дунька. Зачем по лесу шляешься?

- Ближе лесом-то... Да што ты пристал ко мне, смола? Сказано: иди своей дорогой.

- И пойду... Думаешь, испугался? Тоже не укажешь, чертова кукла... У! взял бы да так взвеселил...

Он прошел в двух шагах от нее, а потом опять остановился. Дунька шла своей дорогой, не оглядываясь.

- Дунька... постой... - крикнул он изменившимся голосом, точно кто сдавил ему горло. - Словечко надо тебе одно сказать...

Дунька, не оглядываясь, вдруг бросилась бежать. Это выражение бабьего страха окончательно вышибло Спирьку из ума. Он догнал ее в несколько прыжков и схватил за руку.

- Не замай... Спирька, да ты в уме ли?

- Постой, говорят... Што ты дуром-то бросилась бежать? Не разбойник ведь...