Софи носила воздушные одеяния, которые, как говорил ее муж с отвлеченной непристойностью языка того времени, "дозволяли пытливому взору любоваться самыми сокровенными прелестями красавиц". В "Идалийских садах", на углу улицы Шайо и Елисейских Полей, где показывали весьма смелые живые картины, как, например, "Соединение Марса и Венеры за прозрачной завесой облаков", они встретили полковника Лагори, друга детства Софи Требюше. Виктор-Фанно Лагори был уроженцем Майенны. Присоединившись к Революции, он сохранил аристократические манеры, приобретенные в коллеже Людовика Великого, где тогда преподавали монахи-иезуиты. Он носил прекрасно сшитый синий фрак, синие короткие панталоны без выпушки, "черную треуголку с крошечной кокардой" и белые перчатки. Короче говоря, в одежде его было строгое, классическое изящество. Встреча с ним доставила Софи Гюго явное удовольствие; несомненно, благородная сдержанность Лагори особенно выигрывала по контрасту с шумной развязностью майора Гюго. Во времена распущенности нравов молодой полковник со сверкающими, как алмаз, глазами жил без любовницы. Этот стоик и мечтатель охотно читал по-латыни поэтов Древнего Рима, любил и французскую поэзию. "У него был незаурядный, богато оснащенный ум, и он умел его показать". Душа требовательная, гордая и достойная любви. Полковник Лагори привязался к семейству Гюго, и они, в свою очередь, платили ему дружбой: муж радовался, что нашел в его лице покровителя, близкого друга генерала Моро, которого Директория послала с важной миссией в Итальянскую армию; жена была довольна, что у нее появился наперсник, умеющий хранить доверенные ему тайны, такой же скрытный, как и она сама.

В 1798 году у супругов Гюго родился сын Абель, а в следующем году майор отправился в армию, так как 20-я полубригада, в которую он получил назначение, должна была войти в Рейнскую армию, горделиво именовавшуюся Дунайской. Он перевез жену в Нанси. Адрес ее был тогда такой: "Нанси, в старом городе, улица Маршалов, гражданке Гюго, проживающей у своей свекрови".