- Это вы спрашиваете?

- Я рассказываю, о чем я вчера думал.

- А спросить не хотите?

- Дело не во мне. Любой ваш ответ будет неверен. Вы, Ирина, человек многозначный или... Сложный, в общем. Деликатный. Вам нельзя задавать прямые вопросы. Допустим, я его задал. Вы ответите: конечно же, я хочу продолжать с вами знакомство! Но откуда я знаю, скажете вы это от чистого сердца - или от деликатности, от жалости, может быть, от каких-то других причин, включая, извините, и такую, возможно, причину, как одиночество, которое можно скрасить общением даже с таким нудным человеком, как я.

- А вдруг я скажу, что не хочу продолжать с вами знакомство?

- Допускаю. Но я ведь недаром рассказал вам историю про своего приятеля. Вы, извините, чем-то похожи на него. Даже ваше похвальное, конечно, стремление говорить только правду - это только мое предположение! идет не от природной правдивости, все мы природно правдивы! - а от волевого решения, вы же сами сказали - вдруг! Это вдруг - симптоматично. Но желание говорить только правду есть лишь составная часть желания быть оригинальной, быть самой собой...

- Если самой собой, то...

- Я понимаю, о чем вы! Здесь нет никакого противоречия! В том-то и фокус, что человеку кажется, что он самим собой хочет быть, на деле же он становится кем-то, кого он в себе и про себя придумал. И вы могли бы сказать, что не желаете меня знать не потому, что действительно не желаете меня знать, а от нежелания быть пошлой, неоригинальной, от опасения, что про вас подумают, что вы - из деликатности, из жалости...

- Но ведь вы так и подумали!