— Но это же не Нора Карсон. Помилуй Бог, да это Кристина Форбес, дублерша миссис Карсон, — прошептала сидевшая рядом с Шейном пожилая дама. — Что же случилось с Норой?

Следовало отдать ей должное: Кристина Форбес оказалась достойна выпавшей на ее долю удачи. Ее игра поражала воображение редким сочетанием чувства меры, взрывного темперамента и высокого профессионального мастерства. Помимо всего прочего, она прекрасно смотрелась на сцене. Когда занавес опустился, раздались бурные аплодисменты. Молодая дублерша сумела завоевать симпатии публики. Вызовы следовали один за другим, и здесь Кристина снова оказалась на высоте. Скромная грациозная девушка покорила зрителей. Успех был полным.

Один Шейн не торопился присоединиться к аплодисментам. Выражение лица детектива было мрачным. Выждав несколько секунд, он поднялся со своего места и вышел из зала. Миновав фойе, он закурил сигарету и, обогнув угол здания, двинулся в направлении служебного входа. Достигнув двери с предостерегающей надписью «Только для сотрудников театра», Шейн, не раздумывая, толкнул ее плечом. Результат оказался плачевным. Массивная дверь была заперта изнутри.

Между тем гуляние на Эурека-стрит было в полном разгаре. Взрывы смеха перемежались с грохотом музыкальных автоматов и джаз-бандов, доносившимся из открытых дверей многочисленных дансингов. Но в этом месиве звуков все явственнее слышался грозный рев потока, достигнувшего наконец города после грозы, прогремевшей где-то высоко в горах.

Вернувшись на свое место как раз к началу третьего акта, Шейн оставался безмолвным и угрюмым вплоть до окончания спектакля, который стал личным триумфом Кристины Форбес. Когда занавес опустился в последний раз, Шейн незамедлительно покинул старинное здание, содрогавшееся от энтузиазма публики.