Валько радостно взвизгивает, а она обнимает его, целует, приговаривая:
— Волшебник ты мой! Умничка ты мой, спасибо!
Или задаст мама урок: выучить вступление к поэме «Руслан и Людмила». «У Лукоморья дуб зеленый» и так далее. Валько вдруг решает выучить всю поэму. Учит старательно, торопится, хочет побыстрее, а вступление пока не отвечает, говорит, что еще не совсем выучил. Мама даже начинает слегка удивляться и сердиться: сколько можно? И вот наступает момент, Валько объявляет, что готов. Читает начало, а потом сразу же, не останавливаясь, дальше. И все дальше и дальше — без запинки. Мама смеется, грозит пальцем:
— Ах ты!
А он все читает.
Мама потрясена:
— Неужели до конца?
— Да, — скромно говорит Валько. — Можешь проверить.
— И так верю, — говорит мама.
Но Валько все же дочитывает до конца — и мама, нисколько не устав, слушает со слезами на глазах.
И Валько счастлив, что она рада.
3.
...Маша хранила и оберегала тайну долго, до двенадцатилетия Валько. А в двенадцать лет он задал вопрос, который, возможно, созрел в нем намного раньше:
— Мама, я мальчик или кто?
— Мальчик, конечно! — похолодев, ответила Маша.
Она ведь и одевала, и воспитывала его как мальчика, при этом изощряясь ничем не касаться того, что могло бы вызвать у Валько сомнения, смутно при этом представляя будущее, которое грозило ловушками не только в окружающей жизни, но и в безобидных — для всех прочих людей — учебниках. Одна «Анатомия и физиология человека» чего стоит!
— А почему ты меня прячешь тогда? — задал Валько второй страшный вопрос.
— Я прячу? Я не прячу. Просто у тебя... Особенности. Узнают, будут смеяться.
— Какие особенности? — последовал новый вопрос, и Маша по глазам Валько увидела, что он давно уже о многом догадался, но стеснялся спрашивать, а теперь, решившись, готов выяснять до конца.
— Неважно, — беспомощно ответила Маша. — Главное — все пройдет. Надо подождать, и все исправится.