— Я слышал, в город возвращается Малыш Кид. А пустил слушок не кто иной, как Чарли Пейсон.

— А кто он такой, этот Малыш Кид? — полюбопытствовал Милман. — Откуда он взялся? Денвер, Миссисипи, Бостон, Чикаго?

— Да нет, с чего ты взял? Разве не слышал — это же Кид! — повернулся к нему шериф, но потом опять обратился к знакомому: — Послушай, так, значит, это Чарли Пейсон рассказал? Странно… И чего Киду понадобилось в Драй-Крик?

— Вот-вот, — кивнул его собеседник, — в нашем городе этого парня никто не пустит даже переночевать, хоть бы и на чердаке! Но Пейсон клянется и божится, что так оно и есть. Понятия не имею, откуда он это взял. Может, письмо получил? Говорят, в незапамятные времена Чарли знался с Малышом Кидом, еще в Юкатане.

— Слышал я эту историю, — буркнул Уолтере. — Это как они вдвоем поднялись вверх по реке, отыскали старую, заброшенную крепость, а там якобы — изумруд в виде глаза, и все такое прочее. Как по-твоему, в этих байках есть хоть крупица правды?

— Знаешь, хочешь — верь, хочешь — не верь, но я уже давно убедился: во всех сказках о Малыше Киде всегда что-то есть.

— Да кто ж он такой, этот Малыш Кид? — вмешалась Элинор Милман.

— Так вы что же, никогда о нем не слышали? — удивился шериф.

— Нет, никогда. Как странно, такое забавное прозвище. А вы знаете его настоящее имя?

— Нет, не слышал. Но, насколько мне известно, на двести пятьдесят миль вокруг Юкатана есть только один Малыш Кид. Этот самый.

— А что он за человек? Наверное, молодой?

— Что за человек? — протянул Уолтере. — О нем так просто не расскажешь. Впрочем, вы правы, еще достаточно молодой.

— Что значит «достаточно»?

— Да вот, иной раз кажется, что старее его никого на свете нет. Не знаю, как объяснить… Впрочем, давайте-ка я лучше расскажу вам то, что мне поведал один приятель. А было это в мексиканском городишке — Чихуахуа.