Собравшаяся толпа напряженно и нетерпеливо ожидала прибытия вождей. Когда Солнце подошло к зениту, раздались возгласы:

— Вот и вожди!

— Спускаются по склону!

— Они уже в долине и приближаются!

Тут громадная толпа подалась назад и растянулась по берегу реки.

Вожди сидели на своих лучших скакунах, которых выбирали только для сражения или погони за бизонами. Неспешно они проехали через всю долину и неподалеку от форта выстроились в длинную линию: главные вожди, затем военные вожди, вожди родов, знаменитые воины и прославленные знахари — всего человек сто или немногим более. Все они были в полном военном убранстве: расшитые узорами одежды, покрытые перьями головные уборы, оперенные щиты, оружие в руках — зрелище было поистине великолепным!

Когда до главных ворот оставалось около двухсот ярдов

В воротах появился мой дядя. Он был в своем лучшем платье, с длинной шпагой на боку. Вожди приветствовали его мощным возгласом:

— Дальний Гром — могучий вождь!

Затем все стихло. Вожди спешились и, в свою очередь, были приветствованы дядей Уэсли и приглашены войти в его форт. Ожидавшие их молодые люди приняли у них поводья, а дядя повел их через двор прямо в нашу жилую комнату, самую просторную во всем форте.

Еще рано утром угощение для пира было разделено на три части женами наших работников, и теперь каждый гость получил по чашке сладкого кофе и тарелке с куском черствого хлеба. Там были жаренные на бизоньем жиру бобы и сладкая подливка из сушеных яблок: все эти блюда мы и сами ели только по праздникам. Они составляли резкий контраст с обычной мясной пищей в этой стране. Вожди больше всего любили микс-кар-и-ен («белые ягоды, подобные камешкам») — так они называли крекеры. Правда, эти крекеры были так черствы, что далеко не всякие зубы могли их раскусить. Любили они и яблочную подливку, но бобы (о-ток-и-нут-ситс — выглядящее подобно тому, что находится в печени) их особенно не привлекали.