— А сколько людей! — добавил Нат, думая про отца и мать Уиноны, погибших от рук воинов Бешеного Пса.

— И людей тоже, — согласился Шекспир. — Ты ведь знаешь, что там, куда мы едем, собираются представители многих племен, чтобы поторговать, продать своих женщин и просто хорошо провести время, Это место притягивает индейцев как магнит, и тут уж ничего не попишешь.

Траппер немного помолчал.

— Это нечто вроде нейтральной территории, где все хотят показать себя во всем блеске.

— Значит, там все ладят друг с другом?

— Иногда ладят, иногда нет, — задумчиво ответил Шекспир. — На одно можешь твердо рассчитывать: черноногих там не будет.

— И слава богу! — ответил Нат.

Свирепое племя черноногих считалось бичом северной части Скалистых гор. Черноногие без устали охотились на всех белых, которые осмеливались вторгнуться на их земли, и на совести этого племени была смерть уже нескольких дюжин трапперов. А еще черноногие непрестанно воевали с другими племенами, и их военные отряды часто отправлялись в походы за сотни миль, нападая по дороге на любое индейское поселение. И все-таки больше всех их боялись, хотя и презирали, белые.

— Не сомневайся, Тянущий Лассо и его отряд прискачут на место завтра утром, разодетые в пух и прах, верхом на лучших лошадях, — заверил Шекспир.

— Ты говорил, что встреча уже началось. И как долго она продлится?

— Если нам повезет, около двух недель. Прошлые две встречи заканчивались где-то к середине июля.

— Стало быть, эта третья по счету, да?

— Угу. И думаю, далеко не последняя.

— Почему ты так считаешь?

— Пока щеголи и модницы на Востоке платят хорошие деньги за превосходные бобровые шкуры, по Скалистым горам будут скитаться трапперы. По крайней мере до тех пор, пока здесь не исчезнут бобры.