Жаворонков утвердительно кивнул.

— Слушаю вас внимательно.

— Штаб военно-воздушных сил предлагает нанести удар по Берлину, Николай Герасимович, — сказал Жаворонков.

Нарком вскинул густые брови, удивленно посмотрел на генерала.

— Идея заманчивая, но реальная ли?

— Мы прикинули, с эстонского острова Сааремаа ДБ-три способны дойти до Берлина, — продолжал Жаворонков.

Кузнецов, мгновенно оценив это предложение, подошел к висевшей на стене огромной карте. Глаза его отыскали в восточной части Балтийского моря остров Сааремаа и провели от него незримую прямую линию до черного кружочка с надписью «Берлин».

— Далековато все же и очень опасно, — задумчиво проговорил он.

Вошел начальник оперативного управления Главного морского штаба контр-адмирал Алафузов.

— Знаете, Владимир Антонович, что предлагает командующий ВВС? — не отрываясь от карты, произнес Кузнецов. — Предлагает минно-торпедную авиацию послать на Берлин. Понимаете, прямо на Берлин! Вот с этого эстонского острова Сааремаа.

— Замечательное предложение, — широко улыбнулся Алафузов. — А главное очень своевременное. Вот самый подходящий случай разоблачить ложь гитлеровской пропаганды об уничтожении советской авиации и показать всему миру нашу силу. Целиком поддерживаю вас, Семен Федорович! — Алафузов крепко пожал Жаворонкову руку.

— Ну что же, — сказал Кузнецов, — надо будет этим заняться всерьез, хорошенько взвесить все «за» и «против». Дело очень ответственное и нужное.

26 июля нарком ВМФ провел совещание. О предлагаемых налетах на Берлин бомбардировщиков морской авиации докладывал генерал-лейтенант Жаворонков. Он сказал, что это предложение было тщательно изучено специалистами штаба военно-воздушных сил ВМФ, которые дали обоснованное заключение о возможности таких налетов. Радиус действия дальних бомбардировщиков позволял им с острова Сааремаа достигнуть столицы фашистской Германии.