Здесь не место разбирать в подробностях весь комплекс проблем, связанных с дельфинами, хотя это необычайно интересно, а есть вещи просто поразительные. Мисс Мореро сняла трехчасовой фильм, который мы вам позднее покажем и из которого вы все поймете, – не обращая никакого внимания на его слова, продолжал Ролингс. – Скажу лишь одно: объем мозга у дельфина вдвое больше, чем у человека – со всеми сенсорными свойствами. Ученый Грюнталь, занимавшийся изучением дельфинов, пришел к выводу, что нервные клетки в коре и таламусе у дельфинов располагаются так же плотно, как у человека. У дельфинов обнаружено также черное мозговое вещество – substantia nigra, которое обычно есть в наличии только у человека. Даже у наших предков – человекообразных обезьян – оно отсутствует. Швейцарский нейрохирург Пиллери доказал в 1962 году, что дельфины обладают великолепно развитым мозгом, который по отдельным показателям даже превосходит человеческий. Пиллери также утверждает нечто совершенно сенсационное: «Даже высшая стадия развития человеческого мозга ныне вряд ли позволяет отнести его к разряду млекопитающих».

– Я непременно спрошу сегодня вашего дорогого Ронни, как он относится к установке на наших фрегатах новых ракет класса «земля—воздух», – с издевкой сказал адмирал Линкертон. – И если он в ответ издаст свистящий звук, это что будет означать: о'кей или завязывайте с этим?

– Я вполне понимаю, что вы люди и вам трудно поверить в то, что и животные могут обладать интеллектом, – послышался внезапно голос Хелен Мореро. Адмиралы сразу же повернулись к ней. Голос у нее был звонкий, мелодичный, как у типичной уроженки южных штатов. И слушать ее было гораздо приятнее, чем доктора Ролингса с его довольно нудной манерой изложения. Внешность ее настолько очаровывала, настолько радовала глаз, что ей готовы были простить даже лекцию о дельфинах, прочитанную прямо здесь, на берегу моря, под палящим солнцем, на этом отрезанном от всего мира острове с его до омерзения однообразным пейзажем.