Въ семъ нужномъ случаѣ предсталъ Сартъ, или Бухарецъ, имянемъ Досимъ Бай, которой служилъ у Хана Казначеемъ, и почитался за весьма умнаго и хитраго человѣка. У сихъ народовъ нѣтъ такова обыкновенія, чтобъ оказывать своему Хану великое почтеніе. Подданной живетъ со своимъ Владѣльцомъ, яко бы онъ ему былъ равной, и онъ безъ опасенія дерзать ему въ глаза сказать горчайшія укоризны. И такъ Досимъ Бай представлялъ Xану: "что онъ безразсудно поступаетъ, надѣясь Россіянъ, коихъ всякъ за непобѣдимыхъ почитаетъ, побѣдить силою оружія; сіе учиниться токмо можетъ хитростію и обманомъ. Надлежитъ стараться, чтобъ предводителя достать въ свои руки, потомъ прочее получить не трудно". Ханъ разсуждалъ о семъ съ знатнѣйшими своего народа. Потомъ дошло до переговоровъ.

Два мужа изъ непріятельскаго войска показались предъ россійскимъ лагеремъ, изъ коихъ каждой въ рукѣ несъ значекъ, которымъ по тамошнему обыкновенію дали знать, что они отъ своего Хана нѣчто донести имѣютъ. Они были приведены къ Бекеничу, и говорили: "Предпріятіе съ Хивинской стороны сопротивленіе произходило токмо отъ того, что не знали, съ кѣмъ они имѣютъ дѣло, и въ какомъ намѣреніи пришли русскіе въ ихъ землю; нынѣ ихъ Ханъ увѣдомился чрезъ пріятеля своего Калмыцкаго Агоку Хана, что Князь Александръ Бекеничъ отправленъ въ Хиву Посломъ отъ Великаго Государя Императора Всероссійскаго, и того де ради онъ тотчасъ приказалъ, всѣ непріятельскія прекратить дѣйствія; онъ готовъ принять Посла съ надлежащимъ почтеніемъ, и для того желаетъ, есть ли то ему угодно, послать нѣсколько знатнѣйшихъ народа своего въ Россійской лагерь, кои съ нимъ о принятіи его договоръ учинили".

Съ сего дня были непріятели дѣйствительно спокойны.