Разбиваем лагерь. Неподалеку стоят бытовки рыбаков. К северу возвышаются два холма метров по восемьдесят-девяносто; сначала хотели стоять там, но не доехали. Вода в Онеге приятная, градусов четырнадцать-шестнадцать, дно покрыто мелкими камешками. Для фотографирования заката вырубаю длинную рогатину, и, как говорят, становлюсь похожим на озабоченного рыбака. Павел хочет в кружке растворять жженый сахар в горячей водке, а затем выпить, говорит, помогает при простуде, но потом забывает об этом и уходит в палатку. Малым составом сажаем солнце и расходимся. Так заканчивается второй день, наибольший по пробегу и средней скорости (около 19 км/ч) за поход.

Понедельник, день третий.

Возвращаемся в Толвую. Стреляем у несколько растерявшегося водителя "Нивы" ключ на 32, и затягиваем рулевую колонку велосипеда Павла. В Толвуе есть аптека, с часа до двух у нее обед, но уже закрыта; туземцы говорят, что тетка может появиться около трех, а может и вообще не прийти, ведь аптека закрывается в четыре :).

Едем на юг по дороге в Великую Губу. Встречаются один или два лесовоза, идущие из Кузаранды. Местами снова попадаются холмы, на них покосы и рядом -- деревни. Сворачиваем на Типиницы, и на этом асфальтовая часть маршрута кончается. Надо сказать, асфальт был вполне ничего, ровный и швы зачастую залиты гудроном. Дальше идет грейдерная дорога с километровыми столбами, проходящая через болота. Сверху сквозь перистые облака проглядывает солнце. Стоит только остановиться, и атакуют комары; в отличие от наших, кусают они прямо с лету, пикируя. Проезжаем село с церковью у самого берега озера; становимся на обед и выбираем, куда же нам ехать, в Тамбицы или же в Типиницы. Решаем, что в Типиницы -- это немного ближе, а простуда Павла дает о себе знать.

Дальше по дороге, покрытой укатанным песком и редкими лужами. Проехали поворот на Тамбицы; вбок уходила глубоко заезженная колея, местами залитая водой. Позднее выяснилось, что это старая дорога, поворот на новую не показан на карте и находится километров пять южнее.