? Как комната, ничего? ? задал мистер Мактай неожиданный вопрос. ? Жить можно?

? Хорошая комната, ? ответил Лиам-Пат.

? Это мистер Мактай тебе ее раздобыл, ? вставил Фини.

? Кого, комнату?

? Ну да.

? Я этот дом хорошо знаю, ? заметил мистер Мактай, но больше ничего пояснять не стал. А еще он назвал лошадь, на которую стоило поставить ? Друг Кассандры, ипподром в Ньютон-Абботе, первый забег.

? Ставь все до последнего гроша, Лиам-Пат, ? посоветовал Фини и засмеялся.

Они посидели на кухне с полчаса, не больше, и ушли, как и пришли, через заднюю дверь. Уже на улице Фини сказал:

? С мистером Мактаем не пропадешь.

Про что он говорит, Лиам-Пат не понял, но не признался. Наверное, про совет насчет бегов, подумал он, а вслух спросил, что за человек приходит утром в воскресенье за квартплатой.

? Понятия не имею.

? Сдается мне, я там сейчас единственный жилец. Остальные, похоже, съехали.

? Зато тихо, тебе же лучше.

? Да уж, что тихо, то тихо.

В ту ночь Лиаму-Пату пришлось добираться до дому пешком; о том, чтобы ночевать у мистера Мактая, речь даже не заходила. На дорогу ушло часа два; правда, погода стояла прекрасная, и Лиам-Пат прошагал свой путь не без удовольствия. Мысленно перебирая недавний разговор, он снова с недоумением вспомнил заботу мистера Мактая о его благополучии. Дома он лег не раздеваясь ? слишком уж было поздно ? и крепко уснул.

Потом Лиам-Пат несколько недель подряд не виделся с Фини. Одну из комнат в доме, где он обитал, сняли опять, но только на выходные, а затем он вроде бы вновь остался один. Как-то в пятницу, обозвав Рафферти и Нунана сачками, Хакстер отдал им их документы.

? А ты, если хочешь, оставайся, ? бросил он Лиаму-Пату, и Лиам-Пат понял, что бригадир не хочет, чтобы он ушел ? ему нужен козел отпущения. Но без друзей ему стало одиноко, его снедала горькая обида, нараставшая из-за вечных попреков.