Перед одной из хижин, построенной из деревянных шестов, коры и земли

Мать и брат заметили Техаванку и приветствовали его улыбкой, но отец отворачивался. Техаванка был еще маленьким мальчиком, когда воины, вернувшись из похода, принесли в деревню тела обоих павших. Несмотря на это, в его памяти навсегда запечатлелась длинная достигающая левого глаза рана на виске отца. Может, он отворачивался, желая скрыть ее?

Обескураженный Техаванка терялся в догадках. Почему отец был грустен, будто стыдился чего-то? В среде дакотов участие в сражении, и смерть молодым на поле брани считались высшей честью для воина. Преклонный же возраст свидетельствовал об обратном — что мужчине не доставало отваги.

Мать махнула рукой, приглашая его в дом родителей. Техаванка взглянул на Духа-Покровителя. И они вместе влетели в хижину.

Взволнованный Техаванка оглядел хорошо знакомое помещение. Вдоль полукруглой стены находились лежанки, огражденные покрывалами из звериных шкур. Между лежанками можно было видеть домашнюю утварь, одежду, запасы еды, топливо, рыболовные снасти и упряжь для собак

Посредине хижины, между четырьмя шестами, подпиравшими свод, пылал огонь. Как и раньше, вокруг полукружием лежали звериные шкуры. Это было место для мужчин. Техаванка сразу увидел шкуру, на которой сиживал отец. Его звали Ва о'ка, что означало « Преследователь».

Родители Техаванки, как и все индейцы, очень гордились своими детьми и бесконечно любили их. Техаванку взволновали воспоминания об отце, который часто напевал военные песни, полулежа на шкуре у огня. Тогда крошечный Техаванка вытягивал перед собой ручки и медленно, покачиваясь на нетвердых еще ногах, начинал вертеться в такт отцовской песне. Сколько нежности было тогда в обычно грозных глазах Ва о'ка.