- А ваши люди страну Белозерье искали?

- Они были "взыскующие града".

- Эх, отец, откуда ты знаешь, какого "града взыскую" я? Душа не на месте. Не могу, чтоб так, как было. Нет, видно, не сможешь ты понять меня...

- Тогда еще горше. С жиру. У нас тут было. В Ветошном ряду молебен был. И вот после богослужения шесть наших кузнецов да один грузин выпили в трактире Бубнова, а потом за Тверскую заставу, в "Стрельню", поехали. Ну и напились там до беспамятства, до животного состояния. И решили ехать в ту самую твою Африку - охотиться на крокодилов. Сразу же на извозчиков, на Курский вокзал, сели в вагон, поехали в Африку. Проснулись возле Орла. Никто не знает, почему Орел, почему в вагоне, сами едут или их кто-то везет? И главное, соседи тоже не могут объяснить. Полез один в карман бумажка. А на ней маршрут: Стрельни - вокзал - Орел - Африка... Поехали обратно. И хотя и не охотились, но один. Зябликов Фома Титыч, хуже, чем от крокодилов, изувечился. Морда разбита, рука вывихнута. Это он по дороге на вокзал из пролетки на мостовую вывалился... Вот тебе и Африка, и крокодилы... Купец, поди?

- Князь, Денис Аввакумович.

- Сколько же у вас крепостных было?

- Двадцать тысяч.

Сани мчали темными улицами.

- Стой, - сказал вдруг купец. - Стой, кучер, высади.

- Что так вдруг?

- Неуместно, батюшка. Не могу я так вот сидеть рядом. Звание не дозволяет...

- Какой я вам "батюшка". Сидите. Не останавливай, Макар.

- Конечно, можно и ехать, - после молчания сказал Чивьин. - И здравый смысл, и опасность, и не заплесневеешь на месте. А еще если "града взыскуешь" - у-у!

Он почему-то перешел на "ты". Видимо, потому, что его мучило что-то важное.

- Откуда ты, князь?

- Ветку знаешь?

- Н-ну...

- А суходольские села старого согласия?

- Б-батюшка...

- Так совсем недалеко.