Лилиана уязвлена. Ее главные достоинства проявляются именно в сложных ситуациях, а работа под покровом тайны — ее конек. Тем более что за это и платят лучше. Она пристально смотрит в глаза растерявшемуся посреднику и с напускным безразличием осведомляется:

— Вы его родственник?

— Нет, секретарь; мне поручено подписать контракт от его имени, и я хотел бы удостовериться… насчет уединенности квартирки, вы мне это гарантируете? И еще, в ней должно быть много солнца. Синьора, которая в ней поселится, просто помешана на солнце.

— Ну, тогда у меня есть именно то, что ей нужно! — умиленно восклицает Лилиана и, наклонившись над альбомом с фотографиями, показывает одну из них, сопровождая это потоком слов: — Как видите, квартирка достаточно уединенная и при этом в двух шагах от города. Кроме того, дом стоит на холме, в одном из самых красивых и уютных уголков побережья, кругом все утопает в зелени… Наконец, море там прямо под окнами, и загорать можно, не выходя из спальни… Вот почему эту квартирку каждый год выбирают молодожены… Им стоит только поднять жалюзи — и у них солярий, не надо ничего на себя напяливать, не надо никуда тащиться… Наслаждаются природой, не выходя из дома, понимаете?

Чувствуется, что доверенный почти сдался, сраженный этим шквалом красноречия. Он уже принял решение, но не считает возможным уступать сразу — из-за престижа своего ведомства и из уважения к лицу, чьи интересы он представляет, — если он и не вправе назвать его имя. Поэтому он еще некоторое время прикидывается несговорчивым.

— Меня беспокоит незащищенность дома, — отваживается он наконец, — и эти открытые окна на первом этаже…

Но Лилиана учуяла выгодное дельце и твердо верит в успех: она умеет обольщать и при необходимости может этим пользоваться.

— Я уже сказала, дом стоит на холме, да и окна в трех метрах над улицей. И еще вокруг высокая проволочная сетка, огромные пальмы и розы в человеческий рост… Согласитесь, это надежный заслон от любопытных глаз.