- Острый, как брытва. Голову одным взмахом отсэчь могу!

Все! Это конец!

И вдруг…откуда-то сверху…голос Катеньки:

- Алик, иди сюда, я помогу тебе.

Альфред увидел тонкую изящную руку в лазе, высоко над своей головой. Высоко, но можно было дотянуться.

- Иди. Держись за мою руку. Я помогу тебе забраться в этот лаз. И мы оба спасемся. Здесь свет. Здесь много света. Это выход из подземелья. Мы спасемся, Алик…

- Спасибо, Катенька, - сказал Альфред и уцепился за ее руку.

Рука оказалась сильной и мускулистой.

Это не Катенькина рука, подумал Альфред, это мужская рука.

- Конечно мужская, - услышал он ответ на свои мысли. - Я же мужчина. Держись, Альфред.

Это был Сидоров. Алексей Алексеевич Сидоров, бывший муж Катеньки, который вдруг куда-то исчез. Нет, не сейчас, когда-то, Альфред не помнил когда. Сидоров исчез, и никто не знал где он и что с ним. А теперь, когда Альфреду была так необходима чья-то помощь, Сидоров вдруг появился. Появился, чтобы спасти его.

Альфред не понял, как это, так быстро, один рывок, и он оказался в этом лазе, рядом с Алексеем Сидоровым. На Сидорове был черный смокинг и галстук-бабочка. А на голове - белая вязаная шапочка.

Такая, какие носят сварщики, одевая их под маску-шлем.

- Алексей Алексеевич, а вы не сердитесь на меня за Катеньку? За то, что я ваше место занял?

- Свято место пусто не бывает… Нет, не сержусь я. Да и чего теперь-то…, когда Катенька мертва.

- Катенька мертва?

- А ты что, забыл?

- Не забыл, - вспомнил Альфред. - Помню. Они ей горло ножом перерезали. А теперь мне хотят перерезать. Бежим! Они уже близко.

- Беги.

- А вы?

- Я здесь останусь. Не привык я от опасности бегать. Да и очень уж мне хочется с этими черножопыми потолковать на их родном языке.

- Вы знаете чеченский язык?

- Я знаю, что такое хорошая драка.