Болотный Король, на границе с которым находилась непокорная территория, тотчас предложил принять ее под свою державную руку, и этим испортил все дело. Школа и Академия спохватились, увидели, куда они могут шлепнуться, и мигом помирились. Понятие магии и ее роль в Лесу Академия пересмотрела, после чего самоустранилась, а на обломках Академии возникла Магистерия. Собственно магические науки к Магистерии и отошли, а Школы - Школ стало четыре - получили почти все прикладные знания. Роли разделились обычным образом: Седые создавали магию, а Младшие ее использовали на благо себя и окружающих. Поначалу взаимных оскорблений, подозрений и прочего хватало и Седым, и Младшим, но со временем те и другие увидели, что мутят воду в ложке, и колкости сошли на нет. Да тут еще и Долгий Мир кончился, Болотный Король в очередной раз накопил войск и принялся за обычное, в Бессонных Землях опять загремело оружие. А за войной уже никто старых ссор ворошить не стал.

Именно во времена той войны и возникло в Лесу понятие "ковен магов", и тогда же был определен способ их набора. Ковеном стал называться отряд магов, действующий самостоятельно в определенном ему районе, на границе, или в Городе Кольца. Способ набора ковенов также отличался простотой и легкостью: посланник от Совета Леса, то есть, Опоясанный, входил в Каминный Зал Магистерии и молча прикасался своим оружием к полу перед теми, кого он хотел бы видеть в ковене. Отказаться от приглашения означало предать Лес; за все триста лет существования обычая не отказался никто. Чтобы, однако, избежать, набора таких магов, которые воевать не станут по какой бы то ни было причине, всякий Опоясанный прежде Каминного Зала несколько раз посещал кого-нибудь из старожилов Магистерии и долго, тщательно выспрашивал его о магах, "чтобы выбором не убивать прежде времени". Этот нюанс также себя оправдал - не записано случая, чтобы Приглашение получил маг, от которого в ковене было бы больше мороки, чем пользы. Наконец, если кто не желал попасть в ковен по приказу Совета, достаточно было просто не являться в Каминный Зал. Случалось даже, что Опоясанный входил, обявлял свое имя и звание, и цель прихода, и ждал несколько времени, чтобы дать разойтись по комнатам тем, кто хотел избежать Приглашения. Хорошим тоном в таком случае считалось не замечать и не упрекать уходящих.