— Окружили, — взвыли разом зампотех и Черепанов.

— О, Вован! — обрадовался Лёня, — дай на выход сгонять перчатки велосипедные, у тебя такие классные были, я на стрельбе видел — с кожи натуральной, такие чёрные.

— Верчатки пелосипедные? — передразнил Ромашкина Вова, — когда ты меня в крайний раз на стрельбе видел??

— С натуральной кожи? — переспросил враз возбудившийся зампотех.

— А то, — заважничал Вова, — «найковские», здесь таких не найдешь.

— Так что с перчатками, — настаивал Ромашкин.

— Жалко, однако, ты же их порвёшь, — начал искать отговорки Черепанов.

— Я за тебя на прыжках отработаю, — предложил компромисс Ромашкин.

— Добрячок! Порешили — с тебя две укладки! С вэдээсниками сам договоришься, чтобы всё красиво было, — сразу же сломался Вова, ужасно не любивший укладку парашюта на свежем морозном воздухе.

Несчастная дверь спортзала затряслась, и в неё начали протискиваться близнецы-моряки Артемьевы, толкающие перед собой лейтенанта-финансиста.

— Глядите, кого мы поймали, — вопили братья, — эта зверушка в кассе спрятаться хотела, бригадного начфина на помощь звала…

— Товарищ лейтенант, до вас по моему ясно довели, что вы в составе группы! С выпиской по личному составу, убывающему в составе реально действующих групп ознакомили. Что за дела, почему вы прячетесь?! — сразу же атаковал я лейтенанта.

— У меня отчёт, — заныл лейтенант.

— Нет, товарищ лейтенант, у вас — учебно-боевая задача!! И поэтому — шаг вправо или влево приравнивается к попытке перехода на сторону врага!

Лейтенант скорбно замолчал. Черепанов, воспользовавшись возникшей тишиной, отпихнул зампотеха и выбежал на улицу, оглашая плац возмущёнными криками.

Подполковник юркнул за майором. Наверняка он решил, что его тоже могут включить в состав героической группы.

Как ни странно, со всеми мероприятиями, расписанными в плане подготовки, мы справились довольно быстро.