— Ладно, не ссы, прорвемся! Слухай, забери мою мобилу с сейфа у дежурного, а мне дай свою — будешь нам эсэмэсить по тихой, поработаешь нашим агентом.

— Да без проблем, тока если с моим сотиком что случится — я твой заберу, да, и, кстати, что я с этого иметь буду?

— Ну, мы тебя обижать не будем, разрешим в чипке с нами за одним столом сидеть, и, короче, Вован, я тебе дам свою машину на время учений погонять, доверенность у тебя на нее есть, а ключи — в сейфе вместе с мобилой.

— Машинуууу! Ну, тогда базару нет!! Что же ты раньше не сказал, так — кого вам надо убить, расчленить, над кем надругаться? Я ради этого даже нассу в планшет с картами командиру спортгруппы. На телефон, звони — предупреди дежурного…

Таким образом я завербовал одного агента и пристроил свою машину. Только Вовочка зря радовался — бак в моей «тойоте» был уже почти сухой, и ему придется раскошелиться на заправку.

Вовин телефон в кармане у меня завибрировал и выдал голосом Масяни: «Начальник? Да пошёл ты в жопу, начальник!» Я передал Черепанову трубу, тот послушал покивал головой и вернул мне телефон, потыкав кнопки.

— Я тут переадресацию поставил. Замкомбриг звонил, сейчас подъедет.

Прибыл «Урал» с разведчиками спортивной группы и УАЗики комбрига и зама.

Ну, вот они, наши конкуренты. Все разведчики — или срочники, или контрактники. Они не ходят в наряды, не участвуют в хозработах. У них одна задача — готовиться к «скачкам» (соревнования разведывательных групп по тактико-специальной подготовке). Целыми днями они только и делают, что бегают, прыгают, стреляют, не вылазят с полигона неделями. А у меня Пиотровский и Пачишин бегают только по парку и к чипку, а лейтенант-финансист ускорился в последний раз минут пять назад, скинув с себя парашют и разматывая на ходу рулон туалетной бумаги.

Дежурный связист подал гарнитуру «вертолетной» станции руководителю прыжков, заместителю комбрига по воздушно-десантной подготовке.