— Командир, может по пять капель? — призывно замахали технари, разложившие на полипропиленовом коврике походный ужин.

Пачишин и Пиотровский уже отошли от гонки по кустикам и перелескам и довольно громко обсуждали предстоящую трапезу, жалуясь доктору на потертости в различных местах и на "спринтера"-начфинёнка, бежавшего со скоростью оленя в головном дозоре.

Лёня Ромашкин пыхтел, упаковывая обратно в рюкзак полено. Деревяшка сопротивлялась и влазить обратно не хотела. Артемьевы все еще работали с Центром. Лейтенант-финансист носился вокруг группы, как молодой фокстерьер, и радовался жизни. Доктор заваривал в котелке чай с какими-то травками и не обращал внимание на техников, советовавших добавить в чай пургену для увеличения скорости передвижения.

Капитаны до конца отработали сеанс и плюхнулись возле импровизированного стола.

— Командир, нам все-таки положено по пятьдесят грамм? Мы первые сеанс отработали, «спортсмены» все еще тупят!

— А чего они так, у них вроде связисты-маломощники свои, все по первому классу работают, наверно лучшие в бригаде.

— Мало ли как они со своих станций работают! Главное, кто на приёме сидит, а там у нас тоже агентура имеется — начальник станции прапор Васька Шпонкин. Он нам два литра торчит за акты списания. Так что в журнале мы отмечены первые. Да, кстати, у.

СОБРОВ радисты тоже наши, мы так долго на связи были потому, что они тоже связь давили и координаты свои на Центр давали.

Один из братьев протянул мне листочек из блокнота, исписанный цифрами. Пришлось оторваться от поедания лапши с тушенкой и снова доставать карту. Так, ага! Значит СОБР здесь, черкнул я карандашом. «Спортсмены» здесь, совсем неподалеку от нас. При переходе придётся делать значительный крюк, чтобы обойти справа дневку соперников. СОБР от нас будет километров на шесть западнее и помех особых не создаст. Основное внимание надо будет сосредоточить на подходах к Вахапетовке — мало ли что и кто нас там ожидает?