- Вот свинья, - сквозь зубы процедила Земфира. - Черт с тобой. Лежи. Пусть тебя участковый увидит.

Но участковый был на самом деле страшен только ей. Лехе терять было нечего. Если уж его на время Московской Олимпиады не выставили, то теперь и подавно.

Земфиры тогда в Москве, конечно, не было и быть не могло. Сколько ей тогда было? Шесть. По уверениям соседей, в Москве воцарился почти совсем развитой социализм с человеческим лицом. На Горького в рыбном можно было запросто купить астраханский залом, а через каждые сто метров прогуливались как минимум трое с собакой. Пивные вынесли на окраины и не избалованные вниманием любители слабо-алкогольного напитка уверяли, что теперь так будет всегда. Шиш.

Земфира уже не рада была, что не прошла мимо, но оставлять Леху на лавке, чтобы все увидели, тоже не хотелось. Девушка подняла голову и посмотрела на окна близлежащих домов. Все еще спали, и только в окне второго этажа своего дома она заметила Веру Дмитриевну. Та, не таясь, в одной ночной рубашке, стояла у окна и, сложив на груди руки, наблюдала за тщетными попытками соседки разбудить Загубленного. Земфира не видела, но не сомневалась, что старуха улыбалась.

- Вот паразитка... И надо же, именно ей не спится... А этот подонок никак глаза продрать не может. Ну и черт с тобой... Не зима, не замерзнешь, скотина, - вслух произнесла Земфира и, подобрав с земли сумочку, поспешила в подъезд.

Вера Дмитриевна действительно улыбалась. Но не потому, что смешно было наблюдать, как хлопочет Земфира. Не успела хлопнуть входная дверь, как Леха тут же сел и начал шарить одной рукой по карманам, собирая в другую руку их содержимое. Затем Леха замер, подсчитывая наличность. Вскочил со скамейки, подтянул брюки, отряхнул пиджак и заспешил по направлению к магазину. Не спал, стервец, сделала вывод Вера Дмитриевна. Видать, не совсем стыд пропил. А может, просто с такой сучкой разговаривать не хотел. Удивительное дело, как мужикам не противно общаться с ней. Сколько вокруг порядочных женщин, которые и встретить умеют, и с которыми есть о чем поговорить... Вот она идет...