Наконец передние машины тронулись. Юркий «пикап» вырвался вперед, но через некоторое время снова остановился. Из-под пробки радиатора со свистом выбивался пар.

— Окончательно перегрелся! — сказал шофер и выключил мотор. — Пойду к болоту за водой, иначе заклинит поршни — и тогда нам хана...

Женщина с ребенком тотчас же вышла из кабины. Ей удалось остановить обходившую «пикап» легковую автомашину, и она, забыв даже проститься со своими прежними попутчиками, уехала.

Вернулся шофер, ему помогли залить воду, потом по очереди крутили ручку. Наконец мотор заурчал, и «пикап» снова тронулся в путь.

Далеко впереди послышались глухие взрывы. Вскоре из-за бугра поползло вверх и стало растекаться в стороны облако густого черного дыма. Когда «пикап» добрался, наконец, до гребня бугра, Евгений впервые по-настоящему ощутил, что война началась...

Перед железнодорожным переездом творилось нечто невообразимое. Горели грузовые машины. Бушевало пламя вокруг трехтонного бензовоза, опрокинутого в придорожный кювет. Из разорванной взрывом цистерны ползли огненные языки. Темное облако дыма заволакивало небо. Люди метались среди этого хаоса: одни сбрасывали грузы с горевших машин, другие пытались сбить с них пламя. Отовсюду подносили раненых и грузили их в уцелевшие машины.

«Пикап» затормозил у самого переезда. В жиденьком кустарнике Евгений заметил ту самую машину с двумя запасными колесами сзади, в которую пересела женщина с мальчиком. Машина уткнулась в кустарник, боковые дверцы были распахнуты. Она напоминала подбитую птицу с распростертыми крыльями. Евгений подбежал к машине. Возле нее лежал убитый подполковник. Шофер сидел за рулем, безжизненно свесив окровавленную голову. От ветрового стекла остались одни осколки в углах.