– По условиям задачи мы должны были переправляться по наведенному мосту.

– По условиям задачи. Вам ли не знать, что в боевой обстановке условия могут измениться в любую минуту? Представьте: саперное подразделение попало на марше под удар авиации и выполнить свою задачу оказалось вообще не в состоянии. Вы скажете: такой вводной не поступало. Но почему обязательно надо ожидать её? Вы же не школяр, вы – командир батальона.

Капитан покраснел, виновато ответил:

– Я бы и не стал ждать вводной, но когда мы вышли к реке, саперы уже начали работу.

– И тем не менее вы видели: саперы опоздали, со своей задачей в срок не справились. Почему же вы выполнение своей собственной задачи поставили в зависимость от их действий, следовали предписанию, которое было уже явно нарушено – пусть и не по вашей вине? У вас же вездеходные, плавающие машины, – неужели так и не возникла мысль форсировать реку с ходу, не ожидая наведения моста?

– Мелькала такая мысль, товарищ генерал. Но ведь форсирование вплавь тоже требует разведки и подготовки маршрута, а берега там ненадежные. Я и решил, что вплавь мы ничего не выиграем, зато часть машин можем посадить в трясине. Если б знал, что саперы целый час провозятся с переправой!

– Командир обязан предвидеть. И он сумеет быть готовым ко всему, если заранее рассчитывает не на лучшее, а на худшее из того, что может произойти. Это, во-первых. А во-вторых, надо хорошо знать не только свои возможности. Вот для себя вы сразу учли сложность берегов и сделали самый легкий выбор – подождать в надежде на саперов. Но разве те же берега не осложняют работу саперного подразделения? Почему вы об этом не подумали? А если подумали и просчитались – тоже плохо. – Генерал оглядел офицеров и негромко продолжал: – Я прошел многие испытания, и вы уж мне поверьте: война не признает «чистых» танкистов, артиллеристов, мотострелков, инженеров, штабистов, связистов и даже «чистых» авиаторов.