По-другому бы жизнь пошла?..

Но лучше по порядку.

Ну, не дадут покоя, снова смех за спиной!..

8.

Значит, прибыл?.. Смотрю на ноги, если в галошах, то никаких сомнений. Конечно, в галошах, значит, старик.

Смех довольно злой, и голос незнакомый:

- Ишь, старик, а пристает, да?..

Вместо той девушки приземистая, крепко сколоченная бабенка с мутными глазками и корявым широким носом... Рядом, на скамейке еще две старухи и старикашка с облезлым псом - ручной старенький лев, пышная шевелюра, воротник ослепительно желтый с белым, дальше тощая голая спина, в язвах и расчёсах. Сезонный говорят лишай, игра веществ, к зиме пройдет, а с весны до осени снова, пока дело не закончится небрежными похоронами. Стариков и собак хоронят одинаково.

- Надо же, еще пристает, коз-зел старый...

Это обо мне, я наткнулся на нее в попытках удержаться на ногах. При возвращении вдруг обнаруживаешь себя в немыслимых позах и положениях, иногда сидящим в луже, например. А сегодня до того момента, до перелома, бежал, скользил, и здесь, вернувшись, продолжал скольжение. Придется защищаться, нужно внушить им, что сбить меня на землю не так уж просто.

- Твое время вышло, - обычно говорят они, а если не говорят, то думают, это их обычная подлость.

Или по-другому:

- Старик, старик... время, время, путь... - и важно качают головами. Эти делают вид, что уважают.

Неважно, что говорят, важно, что верят - им-то еще осталось мно-ого. А мне чуть-чуть. И это правда. Но они не знают, как близко к правде подошли. Мне бы только до конца... еще раз взглянуть. И записать. На этом, пожалуй, можно закруглиться.

9.

В начале события множатся и разбегаются, вот и говорят - время. А к концу все меньше остается - лиц, вещей, слов, а ведь кажется, должно больше?..