- Нет, ничего, - отвечал я, отведав дыни.

- Водянистая; нынче лето такое гадкое, все фрукты какие-то водянистые.

- А что ваша сестра?

- Маня? Она все возится с вашими книгами,

- А я ей еще принес.

Ида Ивановна покачала головой и выговорила:

- Вы нам ее совсем испортите. Подите к ней, если хотите, в ее комнату.

- Можно?

- Отчего же? Там убрано. Я одна тут; мне нельзя отойти от магазина; мамы нет дома, а; бабушка уж закатилась и спит.

Я поблагодарил и коридорчиком прошел к комнате Иды и Мани.

- Войдите, - сказала Маня, когда я второй раз постучался у ее двери.

Я застал Маню, сидевшую на окне, с которого до половины была сдвинута синяя тафтяная занавеска. На коленях у Мани лежала моя книга.

- Здравствуйте! - сказала она, щурясь и осторожно спуская на пол свои крошечные ножки. - А я так и думала, что это вы.

- Отчего же это вы так думали?

- Так... читала и как-то про вас вспомнила, а вы и пришли. Садитесь.

Я сел. Маня выбежала на минуту и вернулась с Пепельницею, сигарою и спичками.

- Курите, - сказала она, ставя предо мною спички и подавая мне сигару. Я поблагодарил.

- Это Фрицева сигара: он всегда хорошие сигары курит; вы попробуйте.

Я взял сигару и закурил: сигара точно оказалась очень хорошею.

- Довольны вы книгою? - начал я, чтобы с чего-нибудь начать.

- Да, - отвечала торопливо Маня. - Это так по-русски; такое... действительное.

- Вы любите более действительное? Девушка задумалась.

- Я много читала, - начала она тихо, - но вы меня не расспрашивайте. Я все читаю. Это вот хорошая книга, - продолжала она, указывая на мой томик "Записок охотника", - нравится мне, а я не могу рассказать почему... Так, какое-то влияние такое... Жаль прочесть скоро. А другие книги читаешь... даже спешишь. Так читаешь... - Маня махнула ручкой.

- Без влияния?