Пожалуй, единственный недостаток домов георгианской эпохи заключается в том, что при них нет гаражей. Там же он почистил туфли. Надо как можно скорее от них избавиться! Скинув туфли в холле, он окинул их мрачным взглядом — туфли могут его выдать! По химическому составу почвы нетрудно определить, из какой она части страны. Если сыщики до него доберутся, они быстро поймут, что его машина побывала на ферме «Сверчок». От «мерседеса» так просто не избавишься, и ехать на мойку тоже рискованно. Такая грязная машина неизбежно привлечет внимание и нежелательные пересуды. Лукас постарался как можно тщательнее отмыть ее, хоть и понимал, что экспертиза какие-нибудь следы все равно обнаружит.

По пути домой он выкинул в мусорный контейнер грязные тряпки и запачканный носовой платок. Но грязная машина и заляпанные туфли — еще не все. Отмывая машину, он вдруг с ужасом заметил царапину на левом боковом зеркале. Царапина небольшая, но место заметное. Главное, он сам не помнит, когда поцарапал машину. Может, на ферме, а может, после того, как в страхе рванул прочь и остановился на обочине, чтобы позвонить. Если он поцарапал зеркало о каменную ограду, еще куда ни шло. Тогда он был в таком состоянии, что ничего не заметил. И гораздо хуже, если он поцарапал машину на той поганой ферме. В таком случае он оставил след на месте преступления!

— Место преступления! — вслух буркнул Лукас, наливая себе виски. Да, легавые именно так определят то место, когда найдут труп. Рано или поздно покойницу найдут. Чем позже, тем лучше. Надеяться на то, что труп не обнаружат никогда, глупо. Несколько минут, стоя на краю поля, он позволил себе надеяться на лучшее. Но он — реалист. Рано или поздно на заброшенную ферму обязательно кто-нибудь наведается.

Придется заняться царапиной самому. В автосервис обращаться нельзя. Там его знают. Нельзя и кустарям звонить, которые приезжают на дом для мелкого ремонта… Ничего не поделаешь, надо замазать царапину самостоятельно.